Три минуты на талант

Ю.Мурашковский, 2010 г.

 

 1.     Три минуты на талант

Талант, гениальность – вовсе не изначальное явление в человеческой истории. Это сравнительно недавнее «изобретение». Сторонники врожденного таланта часто ссылаются на шедевры первобытного искусства – мол, уже тогда были гении. Но, если сопоставить первобытное искусство с данными о тогдашнем населении и сравнить с искусством современных первобытных народов, то станет понятно – искусство было проявлением магического мышления, и этим занимались все без исключения первобытные люди.

Учтем еще один аспект. Первобытное общество началось, по некоторым данным, около 300 тысяч лет назад, у неандертальцев и кроманьонцев уже было неплохое искусство, довольно развитая каменная индустрия и обряды (то есть, идеология, зачатки науки). А проявления индивидуального авторства в технике, научных представлениях и искусстве появились буквально 3-4 тысячи лет назад.

Если весь этот период сравнить с одними сутками, то индивидуальное творчество начало робко появляться только в без пятнадцати двенадцать ночи. И достигло значимого для общества уровня (Древняя Греция) только в без трех минут полночь. Вот в эти три минуты и можно говорить о явлении таланта.

А идея об особой, врожденной одаренности некоторых людей вообще возникла в эпоху романтизма, то есть, в конце 18 – начале 19 века.

Но уже в 20 веке эта идея начала давать трещины. Появились историко-научные, историко-технические, историко-художественные исследования, в которых не находилось места для врожденного таланта.

 

2.     Кто прав?

В науковедении это началось с Карла Поппера, который попытался найти критерии для оценки научных теорий. Кое-что ему удалось сформулировать. Но нестыковок было слишком много. Он и его ученик Имре Лакатос пытались уточнить эти критерии, но сложность оценки все возрастала, а точность все снижалась. И тогда им пришлось выдвинуть идею о том, что оценивать нужно не сами теории, а их смену. То есть, никакая теория не может быть правильной или неправильной сама по себе. Нужно учитывать, из какой предыдущей теории она родилась, какими знаниями обладали тогдашние ученые.

Простой пример. В 17 веке Николя Лемери выдвинул теорию химического взаимодействия атомов. Согласно этой теории, некоторые атомы имеют колючки, а некоторые – полости. Колючие атомы могут скрепляться с «дырявыми» атомами. (65. 24-29) Правильна ли эта теория?

С наших сегодняшних позиций – неправильна. Но если учесть то, что знала тогдашняя наука, то перед нами единственный, совершенно гениальный способ объяснить тот факт, что некоторые вещества соединяются между собой, а некоторые нет. В химии кончилась «воля божья» и началась наука. Значит теория Лемери была совершенно правильной!

Следующий шаг в понимании развития науки сделал Томас Кун в своей знаменитой книге «Структура научных революций» (Томас Кун Структура научных революций. М.: ООО «Издательство АСТ», 2001. – 608 с.) Он вывел основные закономерности развития так называемыхпарадигм – базовых представлений науки. И показал, что внутри парадигм возникают проблемы, «головоломки». Решение самых сложных, критических головоломок и есть следующая парадигма.

Лакатос, совершенно несогласный с Куном, решил проверить это утверждение. И с документами в руках показал, что новые парадишмы возникали независимо, хотя и почти одновременно с критическими головоломками.

Например, создание специальной теории относительности (СТО) обычно трактуется как решение «головоломки», связанной с опытами Майкельсона-Морли. Не сходились их результаты с теорией эфира, вот Эйнштейн и решил эту проблему.

Но Лакатос доказал, что, во-первых, результаты опытов Майкельсона-Морли тогда трактовались как подтверждение теории эфира, а во-вторых, Эйнштейн о них еще не знал. Более того, Лоренц, пытаясь еще больше согласовать эти опыты с теорией эфира, разработал те самые преобразования, которые легли в основу СТО. А опыты Майкельсона-Морли в качестве критических приписали этой истории позже.

 

3.     Парад суверинитетов

И тут Лакатос высказал идею, которую никогда больше не повторял, возможно, сам испугался такого вывода. Он предположил, что новые научные теории возникают как бы независимо от человека, как бы сами по себе.

Идея повисла в воздухе, долго не имела продолжения. До тех пор, пока не появилась ТРИЗ – теория решения изобретательских задач, разработанная Г.С.Альтшуллером. Альтшуллер показал, что техника развивается по имманентным, не зависящим от воли человека, законам и сформулировал эти законы.

Используя этот подход, его последователи показали, что эти законы являются общесистемными. Аналогичные законы были выявлены для развития искусства (Мурашковский Ю.С. Биография искусств. Ч.1. Петрозаводск : Скандинавия, 2007. 234 с. : ил. ; Ч.2. Петрозаводск : Скандинавия, 2007. 316 с. : ил.), ряда других областей человеческой культуры. Пришло время и для законов развития научных представлений. И с этих позиций оказалось, что правы оба – и Кун, и Лакатос. Новые теории возникают действительно независимо от отдельных людей. Но они решают те «головоломки», которыми к тому времени обрастают прежние парадигмы.

А затем новые парадигмы сами обрастают «головоломками». И уступают место еще более новым.

Именно об этих законах развития научных представлений и о механизмах их применения будет идти речь на нашем семинаре. Придется делать открытия. Как маленькие, объясняя еще необъясненные явления в рамках существующих парадигм, так и создавать идеи новых парадигм.

Сразу оговорюсь, чтобы не создавать ненужных иллюзий. Идея открытия – еще не открытие. Идея теории – еще не теория. Превратить набросок в картину – это труд, причем не одного дня. Но мы поговорим и о том, как это происходит. Как это может сделать каждый, если приложит достаточную массу труда. И достаточную смелость мышления.

 

4.     Смелость города берет

Впрочем, смелость мышления – тоже не врожденное качество. Она достижима. Правда, это требует усилий. Дело в том, что основной ценностью современного образования (во всем мире), начиная с дошкольного, являются не столько знания или умения, сколько… правильный ответ. А правильный ответ – это тот, который знает преподаватель. А преподаватель знает ответ, которому его научили его преподаватели. Отсюда стиль мышления современного человека: нет смысла думать, придумывать. Нужно или узнать и заучить правильный ответ, или промолчать.

Священная корова по имени «правильный ответ» заполняет учебники, популярную литературу, детскую литературу, журналистику. В жертву «правильному ответу» приносят новые идеи и их авторов. Достаточно вспомнить историю открытия автоколебательных химических реакций.

Этот тип реакций открыл Б.П.Белоусов. Но химическая наука встала стеной, поскольку считалось, что автоколебания в химических системах невозможны. Статью Белоусова дважды отклоняли в редакциях химических журналов, поэтому опубликовать результаты исследований колебательной реакции он смог только в сокращенном виде спустя 8 лет в ведомственном сборнике, выходившем небольшим тиражом.

После смерти автора (как обычно), автоколебательные реакции стали «правильным ответом». Опубликованы тысячи статей и книг, защищено множество кандидатских и докторских диссертаций. Открытие реакции фактически дало толчок к развитию таких разделов современной науки, как синергетика, теориядинамических систем и детерминированного хаоса. А сам Белоусов формально даже не имел высшего образования.

И все же не так страшен черт, как его малюют. Открытия делаются, парадигмы (и «правильные ответы») меняются. У нас еще нет четкой методики, как именно учить смелости мышления. Но есть приемы преобразования научных представлений, есть закономерности развития наук, есть множество примеров и задач на эти темы. Экспериментальные занятия, проводившиеся со студентами, показали, что все это способствует развитию смелости мышления. Ряд свежих находок в этой области будет представлен на нашем семинаре. И, конечно же, будут эксперименты с новыми, еще непроверенными предположениями, гипотезами.

Талант, смелость мышления – все это вполне достижимые вещи. Но, есть одно «но». Когда у меня спрашивают, действительно ли любого человека можно научить талантливому мышлению, я без колебаний отвечаю: «Нет! Не любого. А только тех, кто этого по-настоящему хочет. Кто готов выходить за пределы «правильного ответа». Кто готов работать». Ибо, как гласит мудрая восточная поговорка: «желание – это тысяча возможностей, нежелание – это тысяча причин».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Отзыв Анны, выпускницы 1 курса «Основы талантливого мышления»

Публикуем отзыв Анны, выпускницы 1 курса «Основы талантливого мышления». Очень вдохновляющий для изменения своей жизни:

«В какой-то момент заинтересовалась вопросами типа «как развить свою креативность?», начала читать книги М. Микалко, Э.де Боно, Т. Бьюзена и др. Конечно, кое-какие приёмы из этих книг здорово помогли продвинуться в моей работе художника. Но многое осталось невыясненным — а кто такие новаторы и чем их образ мышления отличается от остальных? и как вообще и почему возникают гениальные решения?

Совершенно случайно (хотя, наверное, случайностей не бывает) наткнулась в интернете на рекламу этого курса и решила попробовать.

Вот основное, что дал мне этот курс:
1. Структурное видение всех происходящих процессов.
2. Структурное мышление (пока, правда, в зачаточном состоянии)))
3. Умение видеть кучу шаблонов-стереотипов у себя в голове, а значит, и умение отказаться от них, чтобы двигаться дальше.
4. Умение определять уровни новизны решений, а значит можно сразу отбросить те решения, которые вроде бы вначале тешат самолюбие, а потом видишь, что они слабые и промежуточные. А со временем можно научиться сразу переходить к более сильным решениям.
Вообще весь курс очень насыщен совершенно новой информацией, которую только сейчас начинаю адаптировать под свои задачи.

Ну и напоследок — по окончании курса получила сертификат, который гласит, что я теперь обладаю творческим мышлением.

Поначалу отнеслась к этому с иронией, т.к. хорошо понимаю, сколько всего нужно перелопатить, какая огромная работа предстоит впереди, чтобы по-настоящему стать творческой личностью. Но потом пришла к заключению, что если выдали такой сертификат, то я должна сейчас требовать от себя только сильных, смелых и действительно новых решений. Теперь после прохождения первого курса у меня есть приёмы, как этого добиться и ясность, куда дальше двигаться»

Блог Анны: https://www.facebook.com/anna.ivanova.18007


Книга «Биография искусств»

 

Книга «Биография искусств» посвящена новому подходу к истории искусств — теории развития художественных систем. Автор Юлий Мурашковский.

 

Биография искусств Обложка

Всё в нашем мире есть система. Наш мир — система. Всё развивается по своим законам. Культура и искусство тоже развиваются по своим законам, а не от того, когда Муза посетит Художника.

 

Развитие искусства и науки о нем напоминает историю об Ахиллесе и черепахе. Искусство делает рывок вперед, изобретает новые темы, средства выражения. Затем искусствоведение обобщает эти достижения, выводит закономерности и предлагает их художникам. Но к тому времени сменились темы, и требуются новые средства. И предложения искусствоведов оказываются безнадежно устаревшими.  Но искусствоведы не отступают. Они описывают новые достижения, обобщают, выводят закономерности. И по окончании работы снова оказывается, что они опоздали. С древнейших времен Ахиллес искусствоведения никак не может догнать черепаху искусства. 

Вот тут и возникла спасительная мысль о том, что искусство непознаваемо. Собственно, это не первый случай в истории. Как только наука заходит в тупик перед явлением природы или культуры, так это явление объявляется непознаваемым. Очень удобно. Снимается ответственность. Появляется оправдание отсутствию значимых результатов. На этом можно даже защищать диссертации.

 

Хотите понять как развиваются искусства? Получить инструмент, который поможет вам решать задачи любого уровня и даже прогнозировать развитие любого направления в культуре и искусства? Эта книга для вас! И если вы думаете, что это строго научная книга которую вы не сможете прочитать, то уберите сомнения — эта книга написана доступным языком

 

Стиль книги должен быть строгим, академичным — для профессионалов, и простым, популярным, для любителей. Как быть?

Мне хотелось, чтобы ее могли прочесть и профессионалы в области искусств, и любители этих искусств, и даже люди, еще не ставшие ни первыми, ни вторыми. Для любителей и еще не любителей язык должен быть популярным, непрофессиональным. Но это может отпугнуть некоторых, слишком серьезных профессионалов. Для них язык должен быть специальным.

Но и среди специалистов «согласья нет». Профессионал в музыке книгу по архитектуре будет читать как любитель. А архитектор будет любителем в области музыки. Следовательно, для них язык тоже должен быть популярным. А поскольку книга эта о развитии искусств любых, она не отдает предпочтения ни одному виду или роду, то практически любой человек, ее читающий, в основном окажется непрофессионалом.

Вот почему я надеюсь, что профессиональные деятели искусств, если они рискнут дочитать эту книгу, простят меня за неизбежные упрощения в их области. И  поблагодарят за упрощения в других областях.

 

Хотите узнать много интересных фактов от каменного века до наших дней из истории развития литературы, театра, кино, архитектуры? Книга «Биография искусств» насыщена примерами и задачами и ответами. Даже с этой точки зрения книга принесёт вам пользу — расширит кругозор и поможет увидеть уже знакомое с нового ракурса.

 

Этим же определялся и выбор примеров, выбор цитируемых источников. Заметим, что в рабочей картотеке, на основе которой строилась излагаемая здесь модель, факты в основном из научной литературы. Конечно, велик соблазн цитировать академические труды. Но я, исходя из принципа максимальной понятности, предпочел легкую, научно-популярную литературу. Или книги самих художников (у хороших художников и книги легки и понятны). Или статьи из газет и журналов.

Далеко не все популярные книги или статьи подходили для целей этой книги. Восторги по поводу высот и глубин, достигнутых тем или иным автором, конечно, интересны. Но нужны были конкретные примеры. А с этим дело обстоит хуже. Например, автор одной статьи в «Литературной газете» так увлекся собственными восторгами по поводу увиденного спектакля, что забыл написать, какой же, собственно, спектакль он рецензирует. А из статьи догадаться об этом не удалось.

 

И если вы профессионал в области искусств, то книга даст вам новый подход к уже известным вам знаниям и фактам.

 

Я старался сделать книгу системной, логически выверенной, академической по содержанию и совершенно популярной по форме и языку.

А что получилось — судите сами.