Борис Павлович Никитин

И.Мурашковска, Ю.Мурашковский

 «А те начальные находки, которые нам удалось сделать, нельзя ни объяснить, ни назвать «случайными» – они все лежат на одной дорожке, называемой «совершенствованием человека»»

Б.П.Никитин

 

 

nikitin2

 

В одной из домашних работ на очередном семинаре по ТРИЗ оценивался рассказ Р.Брэдбери «Ракета». Герой рассказа — отец, не будучи в силах реализовать заветную мечту детей — космический полет, все-таки ее исполняет, создав для детей полную иллюзию полета. Автор домашней работы по этому поводу писала: «Некоторого рода фантастикой можно считать отца, который настолько думает, заботится и чувствует ответственность за своих детей, за их будущее». В этой работе речь пойдет именно о таком отце, который сумел воспитать своих детей достаточно сильными, здоровыми, умными, чтобы они сами могли осуществить свои мечты. Более того, этому отцу захотелось своим умением поделиться со всеми родителями, которые неравнодушны к судьбе своих детей. Имя его — Борис Павлович Никитин, живет он под Москвой, ему 71год, и он мужественно продолжает бороться за эту ЦЕЛЬ . В этом заключена некоторая особенность данной работы — она не закончена, как не закончена и борьба за осуществление цели. Многое зависит от того, сумеет ли Борис Павлович пересмотреть свои методы борьбы и изменить их, найдутся ли у него в этом помощники…

Достойная Цель. »Творческая жилка» выросла, как считает сам Никитин, еще в детстве на террасе одноэтажного дома с вывеской «Аптека». Терраса выходила во двор, взрослые туда заходили редко, а ребята тащили туда все свои ценности, называемые старшими почему-то «хламом», и с утра до темна пилили, строгали, резали, красили. Сначала это была парусная лодка «Чайка», потом корабль «Пират», а затем грузовой автомобиль, модель самолета с резиномотором и много-много других полезных сооружений. Маловато было инструментов, зато много было планов и того энтузиазма, который превращает «материалы» в плавающие, ездящие и летящие модели, а мальчишек в мастеров и думающих конструкторов. Отсутствие какого-либо обучения и руководства заставляло «до всего доходить своим умом», и искать материалы, создавать конструкции и изготавливать детали, и собирать изделие, и испытывать его, а потом «доводить», совершенствовать. Поэтому творческие мечты у Никитина, были, сколько он себя помнит: в юности — изобрести материал, обладающий свойствами стали и резины одновременно. Тогда броня танков будет неуязвимой — снаряды противника, вдавившие броню вовнутрь, будут отбрасываться. Позже — изобрести аккумулятор со спичечную коробку величиной и емкостью в 1000 квт, чтобы электромобиль мог двигаться целый день или неделю до подзарядки. Все это были мечты, в работу и в прямой поиск не перешедшие. Но во всякой работе удавалось сделать что-то новое, оригинальное. В войну Никитин изобрел тренажер для летчиков-истребителей, и с фронта получал письма своих учеников с благодарностью.

Но только после демобилизации из армии в 1949 г., начитавшись сочинений А.С.Макаренко, Никитин поставил перед собой реальную цель — создать школу-коммуну для детей нормальных, а не беспризорников. Тогда целью было «совершенствование нашей никудышней книжной школы». Никитин собрал 23 единомышленника, они написали «проект школы-коммуны» и 2 года добивались разрешения на ее организацию. Были у министра просвещения, в отделе школ ЦК и даже говорили с Е.А.Фурцевой — тогда членом Политбюро. Затея кончилась печально, никакой школы не разрешили, а в центральной печати был помещен «клеветон» «Прожектеры». Неудачу для Никитина смягчила женитьба на одной из его единомышленниц, которая согласилась с его «жизненной этажеркой»: «на первой полке этажерки будет Дело, а на второй будешь ты».

В 1959 году у них родился сын, а Никитин начал разрабатывать тему «развитие технических творческих способностей» в институте психологии.

Итак, в действие вступили ВО (внешние обстоятельства), преградив путь к цели «школа-коммуна» отказом сверху. Никитин вынужден отступить, но избранное направление на совершенствование школы — совершенствование воспитания и самого человека, в конце концов — остается. Ведь Никитин — по образованию инженер-механик — мог бы найти работу в любом месте, а он увлекается развитием творческих технических способностей.

Следующая ставка ВО — на семью, в которой рождаются дети, появляется все больше связанных с ними забот. Борис Павлович специально подчеркивает: «…семья, где 7 детей, рождавшихся через два года и росших лесенкой, не являлись для нас целью. Не было и программ, задачи были совершенно не творческие, а чисто житейские…» И перечисляет задачи:
Как избавиться от диатеза?
Как избавиться от детских болезней?
Можно ли научить рано читать ребенка?
Можно ли допустить ребенка в 8 месяцев к спортивным снарядам?

Да, задачи и в самом деле «житейские, если судить по области, в которой они возникали. Но, хотя сам Борис Павлович с нами не согласен, решены они были очень даже творчески, о чем мы через несколько страниц расскажем. Поэтому нам более справедливыми кажутся слова Никитина, вынесенные в эпиграф: «А те начальные находки, которые удалось сделать, нельзя ни объяснить, ни назвать «случайными» — они все лежат на одной дорожке, называемой «совершенствованием человека…»

Итак, попытка ВО отвлечь Никитина от избранного пути семейными житейскими проблемами опять неудачна. В 1963 году выходит первая книга Никитиных, потому что «…желание поделиться «находкой», «открытием», «изобретением» бывало у меня всегда. Глядя, как мучают родители своих детей избытком одежды, избытком пищи, избытком ухода (всё преподносят готовенькое), избытком запретов, мне всегда хотелось рассказать, показать, как сделать, чтобы и ребенку было лучше, и родителям легче, и главное — ребенок развивался бы и успешнее и быстрее».

И опять, в условиях, навязанных ВО, Никитин следует своей дорогой: решая житейские проблемы, он накапливает материал о том, как сделать развитие ребенка более успешным и быстрым; этим материалом уже можно поделиться с другими.

Следующий ход ВО: в декабре 1965 г. Никитина увольняют из института психологии «по сокращению штатов», а на самом деле за утверждение «официальная гипотеза способностей ненаучна, ее нельзя ни доказать, ни опровергнуть». Свою «ошибку» Никитин признать отказался; он переходит в рядовые учителя — начинает преподавать «Основы производства» в 9-11 классах, затем работает учителем труда в 5-8 классах, и, наконец, в группе дошкольников (3-5 лет) преподавателем «по развитию математического мышления». И опять ход ВО — лишение возможности профессионально заниматься Делом — неудачен. Никитин превращает вред в пользу — в школе продолжает накоплять материал по развитию детей, проверяет на них свои предположения.

«Цель всегда была живой и развивалась… А по мере того, как я искал пути к ней, обнаруживалось, что чем младше возраст, тем выше возможности… Вспомните, в полку я обучал летчиков технике прицеливания по воздушным целям, создал тренажер. Это была Цель, — ведь шла война. Цель тогда была для меня важной, я пишу ее с большой буквы, хотя «усовершенствовать» взрослого летчика я мог только в одном, узком качестве – умении стрелять в воздухе. (Кстати, уже тогда, пытаясь найти лучшие способы обучения стрельбе в воздухе, Никитин строил «кривые роста меткости прицеливания и меткости стрельбы» для разных условий обучения и тренировки. Этот материал ему пригодился в дальнейших поисках.- И., Ю.М). Работая в школе, я опускался к все младшим возрастам, видимо где-то в подсознании я нащупал НУВЭРС (необратимое угасание возможностей эффективного развития способностей – И., Ю.М), а потом он вылился в «Гипотезу творческих спосооностей», а я от школы перешел к семье, а от взрослого человека к ребенку, к новорожденному, и если успею, то, видимо, займусь еще не родившимися и их папами и мамами».

Такое ступенчатое развитие цели под конец привело «к новому взгляду на воспитание, к открытию путей, по которым надо идти, чтобы совершенствовать воспитание, чтобы талант и гений сделать из исключения правилом для всех здоровых детей». Какими он видит эти пути?

«1. Возможно более раннее начало развития всех функций и способностей, вернее отыскание оптимума (кое-что возможно и в эмбриональном периоде).

2. Возможно более разностороннее, вернее многостороннее развитие, т.е. не только известных нам скелетно-мышечной системы, органов чувств и способностей, но и
способность чувствовать состояние другого человека, улавливать мысли и желания другого, способность к гипнозу, телекинезу, ясновидению и т.п.

3. Возможно более совершенное развитие с точки зрения:
а) методики развития;
б) сроков начала;
в) стимулов развития;
г) условий развития;
д) увлеченности самого ребенка.

4. Возможно более высокое развитие, т.е. высший конечный результат. Если в отношении физического развития мы видим вершины достижений (рекорды), то в отношении психических качеств пределов, видимо, не существует, как нет конца развитию материи».

Эти четыре пункта — основные принципы будущей книги Никитина «Нетрадиционное воспитание и его возможности», о которых он сам говорит: «Согласитесь, что мы очень мало знаем в этих вопросах, что все впереди» .

Казалось бы, что же еще, нужно разрабатывать эти принципы, написать о них книгу, переходить от новорожденных к тем, которые еще не родились. Все это Никитин собирается делать, но тут его поджидает самый коварный ход ВО. Дело в том, что Никитин все это время сознательно не формулировал Цель, т.к. «Сделать эти находки, найти решения многих родительских проблем было значительно легче и главное — ни одна из проблем этих не казалась и не оказалась неразрешимой…» В то же время приходилось смотреть как «растут болезни детей, падает качество обучения, отучаются дети работать, растет детская преступность и… никто из власть имущих не ищет выхода». Такое положение вещей, видимо, привело Никитина к тому, что «…только через 20 лет я могу назвать Достойную Цель: Донести до молодых родителей наши находки, которые позволят не только достигнуть наших результатов, но и пойти дальше нас (мы только приоткрыли горизонт)». Таким образом, вместо дальнейшей исследовательской работы Никитин на первый план выдвигает личное внедрение своих открытий и зацикливается на этом из-за мощного противодействия защитников старой системы. Никитин делает ход, против которого предупреждает Игра: ввязывается в борьбу с ВО, вместо того, чтобы создать школу для внедрения и самому продолжить разработку на уровне надцели. Таково положение дел на сегодня. Но Игра не закончена, и у Бориса Павловича еще есть время, чтобы сделать следующий шаг.

Программа. Неверная постановка целей привела, естественно, к своеобразному пониманию роли программы действий. Когда Никитин шел к выполнению промежуточных целей, он, не считая их целями, не строил по ним программ. Когда же он сформулировал цель, то не смог построить программу.

«И понимая прекрасно свою Цель, я в полном бессилии составить программу ее достижения. Почему? Убивает реальное соотношение сил…

Чем мы реально располагаем?

1. Отвечаем на письма (уже на все отвечать не успеваем), но это несколько десятков или сотен в год.

2. Каждое последнее воскресенье месяца делаем «день открытых дверей» и принимаем или дома, или чаще в Валентиновсной средней школе еще от 500 до 1000 родителей в год (по 20-60 человек в такие дни, хотя бывало и по 150). (Недавно Никитину запретили выступать в школе, все приемы снова происходят дома.- И., Ю.М.)

3. Выступаем с рассказами, лекциями, «встречами» в клубах, Домах Культуры, институтах по 60-60 раз в год и значит еще охватываем 10-15 тыс. человек в год. (Объездили уже более 100 городов и населенных пунктов Союза от Красноярска и Якутска до Бреста и Риги, а на юге от Грозного до Северодвинска на севере.)

А достигли ли мы Главной Цели?

Вот элементарный подсчет:
Ежегодно рождается до 5 млн. детей, а мы «охватываем» 10 тыс. родителей, т.е. 0,2%. Наша книга «Мы и наши дети» вышла тиражом 200 тыс. экземпляров в 1980 году, а детей за пять лет успело родиться 25 млн – опять каждому по 0,8% книжки, на телевидение нас приглашают только тогда, когда требуется телевидению и просят сказать то, что надо для ЦТВ, а если мы хотим сказать что-то свое, не запрограммированное телевидением, то нас не пускают.

Короче, мы не достигаем Достойной Цели на 99,8%, и я не представляю себе возможным составить пакет «пакет программ» по достижению Достойной Цели».

Эти 99,8% в свою очередь «охватываются» Академией пед. наук и Министерством просвещения с помощью печати, радио, телевидения. Вот пример качества этой информации:

«Я попробовал анализировать учебник «Педагогика» — одну главу, где я чувствовал себя наиболее разбирающимся. Вот результат:

Полезной информации – 11%;
Вредной информации — 24%;
Шумы («вода») — 65%.

Мы теперь видим, что книги плохие, что воспитывая по этим книгам, родители заставляют детей болеть в 5 раз чаще взрослых и развиваться так средне, как мы это видим… Какая программа поможет?»

Все правильно. Программу личного внедрения действительно трудно составить, т.к. этот процесс почти не зависит от автора, а зависит от целой армии деятелей, в интересах которых — по возможности дольше сохранить жизнь старой системы. Прогнозировать, планировать надо свою работу, а не поиски понимающих начальников. Здесь нам хотелось бы повторить фразу, высказанную И.Викентьевым и Н.Кругловой в биографии А.С.Макаренко: «Наиболее эффективная система не доказывается, а выживает».

Работоспособность. «О своей работоспособности:

А. Положительным качеством считаю свою «сосредоточенность», «зацикленность» на идее. Думаю об идее или проблеме все время, какое позволяет жизнь, и днем, и ночью, и особенно в момент пробуждения. Эти минуты считаю самыми ценными, так как именно в это время приходят новые мысли, выводы, догадки.

Б. Вторым плюсом считаю свои записи. Делаю выписки из книг, рукописей, наблюдений при встречах, и важное выношу на карточки. Это мой рабочий материал, очень ценный, и жаль, что он до сих пор почти никак не систематизирован. Наблюдая «физическое развитие» (ФР) детей 2-3 раза в год (а теперь только 1 раз), составлял «протоколы измерений ФР» (их было около 50), где каждое данное измерял и записывал сам (десятки тысяч данных).

К отрицательным сторонам своей работоспособности отношу:

А. Медленное чтение. Помимо страшно медленного чтения делаю пометки и записи на полях книг и газет синим и красным карандашами (синим — с чем не согласен, что считаю ошибкой или явной ложью, красным – достойное внимания), и что ближние называют «варварским обращением с книгами». Из-за этого редко прочитываю книгу целиком, даже нужную, а только частями, и менее ценную бросаю, только начав. Не смог прочесть ни одной книги Сухомлинского, не дочитал «Родительскую педагогику» Ю.П.Азарова. Но совершенно бесполезную, вернее даже вредную «Книгу о здоровье детей» акад. М.Я.Студенкина не только всю прочитал, но и всю разрисовал почти одним синим карандашом. Видимо, нахождение ошибок, заблуждений, предрассудков у противника составляет особое удовольствие, а возможно это необходимо как знание противника».

Б. Трудно врабатываюсь, когда надо писать. Несколько дней проходит в обдумывании первых страниц, а иногда и строк. Перо «развязывается» только после 2-3 мучительно-трудных и малопродуктивных дней, нескольких забракованных вариантов начала работы. Такие дни всегда трудно выкраивать, и вот уже три года как лежит план книги (8 стр.) «Нетрадиционное воспитание и его возможности», за которую никак не могу взяться.

Распыляюсь по мелочам: статью в журнал «Семья и школа», «Предложения по реализации РРР (раннее разностороннее развитие — И. ,Ю.М.), «Просьбы к врачам родильного дома», «Рекомендации по обращению с новорожденными», хотя давая их другим, могу сказать: «Эти 5 страниц «Рекомендаций» я писал 3 года, в них каждое слово весомо, здесь почти 100% полезной информации».

Короче: очень высоко ценю свою работу, что мои близкие называют нескромностью, а я — стремлением к истине.

В. Очень тщательно и потому медленно делаю всякую техническую работу: исправляю опечатки, отвечаю на письма, изготовляю развивающие игры и делаю для них коробки. Я не хронометрировал свой рабочий день, но, видимо, на такую работу идет очень много времени, а я еще люблю заниматься такой работой — она служит для меня отдыхом, как и возня с внучатами, вход которым в мой «кабинет» всегда открыт (там три ящика с их играми, а с трехлетней внучкой Надей мы еще и спим вместе на одном диване)».

Итак, у Никитина хорошо отработана способность работать в любое время и при любых обстоятельствах. Его работоспособность достаточна для сбора и обработки объемного материала. Работы Никитина отличаются четкостью изложения и чистотой фраз. Но опять коррекции вводит постановка цели: 3 года нет времени заняться книгой, не систематизирован рабочий материал, зато написаны «Предложения по реализации РРР» — это комплекс мероприятий, предлагаемый Никитиным для внедрения разными организациями и инстанциями. Еще интересно отметить, что отдых Никитин берет «из ресурса» — изготовление игр, занятия с внучатами. Вспомните, что то же самое делал Заменгоф — в виде отдыха писал стихи на своем языке.

Техника решения. Для этой главы мы специально отвели много места, ибо без конкретных примеров, общими словами невозможно довести до читателя, в чем принципиальное отличие системы воспитания Никитина от педагогических стараний любых неравнодушных родителей.

Супруги Никитины познакомились в свое время благодаря общей заинтересованности педагогикой, ее совершенствованием. А когда родился первый ребенок, перед ними встали уже практические проблемы воспитания — семейные, житейские проблемы, как о них говорит Борис Павлович. Так, первого сына, а затем и пятерых следующих мучал сильный диатез. Родители обошли всех возможных врачей с вопросом: как ему помочь? И получили массу разных советов и лекарств. Только ни одно из них не помогло. И тут Никитины сами заметили, что гораздо лучше ребенок себя чувствует в прохладе, даже на холоде, где теплый воздух не раздражает воспаленную кожу. После этого распеленатого ребенка стали выносить в самые прохладные помещения дома или даже на несколько минут на мороз, малыш не замерз, не заболел, а успокоился и с удовольствием играл.

Этот опыт убедил Никитиных в том, что многие медицинские советы — это «бессовестный обман родителей», и постепенно у них выработался принцип — руководствоваться не мнением медиков, а собственными наблюдениями за детьми, их самочувствием, реакцией и, самое главное, делать так, чтобы лучше было детям. Наблюдения тщательно записывались в дневник, регулярно измерялись показатели физического развития (ФР) детей. При возникновении проблем Борис Павлович собственные наблюдения дополнял данными из литературы, устных сообщений. И только когда складывалось достаточно обоснованное представление о сути, механизме данного явления, Никитин делал выводы, решал конкретную проблему.

Сразу следует отметить, что литература, которой пользовался Никитин — не узкоспециальные труды по педагогике, медицине. Он старался узнать, как данная проблема решается у животных, в древние времена, у жителей неиндустриальных стран и таким образом стремился выявить объективные закономерности природы в этой области.

Конечно, Никитин работает методом проб и ошибок, но в его решениях срабатывает «чувство» идеальности, ресурса, поэтому все решения близки к ИКР: дети сами решают все связанные с ними проблемы. Ведь Природа, создавая человека, предусматривает всё, что ему может понадобиться в жизни, и наделяет его своеобразным «механизмом приспособления», а также огромными возможностями к развитию. Постепенно придя к такому убеждению, Никитин положил его в основу всех своих дальнейших поисков.

Для иллюстрации мы приведем решения нескольких задач, приведем их заведомо упрощенно, чтобы лучше просматривался принцип идеальности:

- частая и «модная» беда молодых матерей — нехватка молока. Медики советуют докармливать ребенка смесями, готовить ему специально отвары, каши. Это хлопотно для родителей, вредно для здоровья ребенка. Традиционный подход: поиски способов улучшения состава смесей, упрощения их приготовления. Никитин после анализа всех доступных ему фактов приходит к выводу: «Система матъ-днтя саморегулирующаяся, и у матери будет всегда столько молока, сколько требуется ребенку. Надо только дать ей время на «регулирование» (замену жесткого режима на кормление по требованию ребенка — И.,Ю.М.), т.е. 5-7 дней, а врачи не дают его, и сразу после «контрольного кормления» рекомендуют докармливать смесями».

- неотвратимое зло для молодых родителей — мокрые пеленки; всем известно, как много времени уходит на их стирку. Но далеко не всем известно, что до 14% детей не могут потом избавиться от «навыка недержания мочи», возникает комплекс неполноценности и неврозы, связанные с этим. Врачи советуют: «на 8 месяцев смиритесь со стиркой пеленок». (8 мес. — в СССР, во Франции — до года, в США — до 2-2,5 лет). Решение Никитина: младенец сам просится, когда ему надо. Этому легко научить при помощи несложных приемов.

- 80% детских болезней в дошкольном возрасте составляют простудные заболевания, а вообще дети в этот период болеют в 5 раз чаще взрослых. Традиционное решение родителей: одеть ребенка потеплее, беречь от ветра, от солнца, от дождя; но это не помогает. Традиционный подход медиков — разработка все более детальных и обильных рекомендаций по уходу за ребенком, по закаливанию — сколько минут проводить какие процедуры, через сколько дней снизить температуру воды на 1° и т.д. Никитины подсчитали, что на добросовестное выполнение этих рекомендаций необходимо затратить 16 часов в сутки. А толку от них никакого — дети болеют. Решение Никитина: ребенок сам регулирует температуру своего тела в зависимости от обстоятельств. Тогда ни снег, ни ветер, ни перепада температур ему не страшны. Функционирование такой саморегуляции обеспечивает запуск естественных механизмов терморегуляции организма в суровом режиме (например, если новорожденного окунуть на несколько секунд в холодную воду) и дальнейшее их поддержание (если дать возможность ребенку переключаться как можно чаще на разные температурные режимы: из комнаты в снег, из кровати босиком на пол). А в условиях постоянного теплового комфорта происходит отмирание функций за ненадобностью — и дети подрывают здоровье в самом раннем возрасте.

- аналогична ситуация с разными инфекциями. Врачи советуют, и родители стараются повысить степень стерильности в окружении младенца, но дети легко заражаются, тяжело переносят болезни. Решение Никитина: ребенок сам себя защищает от инфекций, если, соблюдая чистоту, не стремиться к стерильности, и держать иммунную систему в постоянно рабочем состоянии. Высокая стерильность ведет к отмиранию за ненадобностью функций иммунной системы. Для примера: абсолютная стерильность пищи, воды, воздуха, клетки в проводимых экспериментах привела к тому, что мыши и крысы, выращенные в таких условиях, через несколько часов погибают от бактериального шока, если их выпустить в реальные условия.

- очень велик у детей травматизм. Традиционный подход: взрослые стремятся увеличить комфорт жизни себе и детям, обезопасить жизнь, убрав ребенка от опасностей или опасности от ребенка: «прячете спички от детей», «отберите острые вещи». А если нельзя убрать опасность, то: «не оставляйте детей без присмотра». Решение Никитина: ребенок сам становится осторожным, приобретает умение обращаться с инструментами, спичками, опасными вещами, если своевременно узнает, какие опасности его окружают, если быстро наберет опыт по обращению с этими опасными предметами. Вот Никитины и обращаются с малышами смело, чтобы малыш напрягался и развивался при этом. Не поднимают подмышки, а дают два пальца, чтобы он схватился за них и повис, не водят за ручку, а дают палец, чтобы сам ухватился. Не сажают и не снимают с дивана, а к 10 месяцам уже позволяют ему сделать это самостоятельно, пускают ползать по всему дому. Не прячут спички и ножницы, а позволяют ребенку совершить микроожег и микроукол. В таких условиях дети быстро становятся ловкими, сильными и сообразительными, а присутствие взрослых обязательно только в первую встречу с опасностью.

Большинство людей, которые вообще слышали о Никитиных, считают, что он занимаемся укреплением здоровья, физическим развитием детей. Это тоже работа «Внешних Обстоятельств»: выпячивание частностей. На самом деле главной у Никитина была и остается проблема интеллектуального развития, проблема способностей. Эта проблема и ее решение отражены в «Гипотезе возникновения и развития творческих способностей» — в итоге многолетних наблюдений, исследований. Здесь мы изложим только суть проблемы и решения так, как их понимает Б.П.Никитин.

Уровень развития способностей у разных людей меняется в широком диапазоне от тупицы до гения. От чего он зависит? Ответить на этот вопрос — значит найти способ растить таланты — вот в чем важность проблемы. Официальная наука на этот вопрос дает однозначный ответ: способности имеют врожденный характер. По сути дела, это не ответ, а уход от ответа. Эту гипотезу Никитин называет ненаучной, так как ее нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Наблюдения и практика воспитания собственных детей привели его к мысли, что возможности детей к развитию способноетей неизмеримо больше как житейских, так и научных представлений о них. Так начался поиск решения проблемы.

Никитин, основываясь на конкретном фактическом материале, делит способности на два вида — исполнительские и творческие, и отмечает принципиальную разницу между ними: исполнительские — это продукт усвоения ранее открытого, а творческие — продукт самостоятельного разрешения задач и вопросов. Затем Никитин исследует условия, при которых самостоятельное разрешение задач дает наилучший результат — высокие творческие способности. Маториал для исследований (данные по решению задач с разным «удельным весом» творческого элемента) он накапливал, проверяя школьников, собственных детей и их друзей, стремясь охватить все категории детей по возрасту, полу, успеваемости в школе и т.д. Итог этих исследований, вкратце, таков: каждый здоровый ребенок, рождаясь, обладает колоссальными возможностями развития способностей ко всем видам человеческой деятельности. Эти возможности реализуются наиболее успешно, если ребенку своевременнопредставить широкое поле деятельности и проявлять подлинный интерес к этой деятельности. Если же в нужное время ребенок не имеет поля деятельности, то в его мозгу начинается НУВЭРС — Необратимое Угасание Возможностей Эффективного Развития Способностей, и, чем позже ребенок получает возможность заниматься деятельностью, для которой его мозг уже созрел, тем труднее потом развивать его способности в этом направлении. В предельном случае эти способности могут исчезнуть вообще, например, способность к прямохождению и человеческой речи у детей-маугли.

Так как пока трудно определить, в каком возрасте у детей наступает момент «своевременности» для начала того или другого вида деятельности, то Никитин выдвигает следующий принцип: условия для развития должны подготавливаться заранее, опережать само развитие. Так, например, все начинают разговаривать с ребенком с первых дней его жизни, а не к году, когда малыш уже повторяет кое-какие слова. Значит одновременно с тем, как учиться говорить, ребенок должен видеть буквы, и цифры, слышать их названия.

Задача опережающих условий хорошо решена в «развивающих играх» Никитина. Все игры построены как задачи-ступеньки от простого к сложному. Самостоятельно решая эти задачки, ребенок всегда может подняться до потолка своих возможностей, и всегда для него готова уже следующая по сложности задача-ступенька.

Умение держать удар. Эта глава построена как небольшой хронологический экскурс по «ударным местам» Бориса Павловича Никитина.

1958 г. — отказ организовать школу-коммуну и «клеветон» к центральной; печати — об этом мы уже говорили. Никитин с друзьями написали «Опровержение», но его не поместили, так как «клеветон» был помещен «по звонку» и зам. редактора газеты боялся за свое место.

В 1965 г. — обман проф. Колеровой-Бирюковой З.И. (зав. отделением здорового ребенка в институте Педиатрии). Она обследовала здоровье 4-х детей Никитиных, после научной конференции в своем институте никаких данных не дала, а в журнале «Здоровье» (№6, 1955 г.) поместила статью «Правы ли они? Нет!», где 75% фактов не соответствовало действительности. Опровержение Никитиных журнал не опубликовал, но прислал «Заключение» директора института Педиатрии доцента М.Я.Студенкина: «бессистемное воспитание детей противоречит всем теоретическим и практическим установкам медицины и педагогики. Поэтому оно не заслуживает популяризации».

Второй удар — в декабре того же года — увольнение из института Психологии, о нем мы тоже уже упоминали. Никитина уговаривали «признать ошибку» в лаборатории, в партбюро, у администрации, а Никитин не признавал.

1970 г. — в «Литературной газете» о семье Никитиных появились, целых 3 статьи: «Осторожно, детство!» (14.01.70.), «Видимые эффекты и невидимые дефекты» (21-.04.70.), «Ответ по существу» (30.09.70.). Статьи содержали до 60% фактов и утверждений, не соответствующих действительности, детей называли «жертвами эксперимента».

1971 г. — после замечания академика Запорожца А.В. в «Учительской газете», что «…эксперимент Никитиных неосмотрительно пропагандируется прессой и телевидением», и телевидение и пресса на несколько лет умолкли.

1974 г. — должен был состояться доклад Никитиных в Академии Педагогических Наук «Об опыте раннего развития семерых детей в нашей семье» (110 стр.), ученые на него просто не пришли. Специалисты вообще никогда не соглашались на дискуссию, открытый спор, на сравнение и сопоставление.

1978 г. — дано указание в детсады (В.П.Спирина «Закаливание детей» М., 1970., с.31-32), а в 1984 г. — в школы («Этика и психология семейной жизни», М. , 1984, с.227) — «не вздумайте применять систему Никитиных».

С 1978 г. книги Никитиных гораздо больше издаются за рубежом (ФРГ – ежегодно, Голландия, Япония, Болгария, Греция, Испания), чем у нас. Восемь лет ждала издания книга «Развивающие игры», напечатали ее только в 1981 году (после ФРГ). 17 лет Никитин пытается заинтересовать Академию Педагогических наук своей «Гипотезой», безрезультатно, издана она только в ФРГ, а у нас на ротапринте в Новосибирском Академгородке тиражом 550 экземпляров в 1969 году.

С огорчением Никитин констатирует, что никакого интереса к ним нет со стороны Министерства просвещения, Министерства здравоохранения, Академии Педагогических Наук, т.е. тех, кто больше всего должны быть заинтересованы. А недавно Никитин убедился лично, что сотрудники этих организаций не только не знают, что сделали Никитины, но и не хотят знать.

Кроме того, мини-удары сыпались на Никитина ежедневно в виде пророчеств специалистов и «опытных людей», детям предсказывали — ревматизм от бегания босиком по снегу, низкий рост от систематического переохлаждения, искривление ног от раннего стояния и хождения, нарушения психики от умственных перегрузок и т.д. (Так как мы своих детей тоже стараемся воспитывать по методу Никитина, то уже привыкли каждый раз во время прогулок выслушивать замечания прохожих насчет «голых детей». Их тревогу мы испытываем в виде иронических насмешек, недоумения, советов, шепота за спиной, вопросов, ругани, трагических пророчеств, сочувствий детям, скандальных ситуаций — богатейший спектр эмоций. – И.,Ю.М.)

С 1960 года Никитин начал записывать эти предсказания и накопил 3 тетрадки. Пока еще ни одно из них не сбылось. Прохожие на улице пытались отвести Никитина в милицию за то, что он намеренно морозит ребенка; в разных кругах и на разных уровнях разговаривали о лишении Никитиных родительских прав.

Ответы Никитина на удары были однозначны: он их выдерживал, так как не имел ни прав, ни сил, ни средств организовать контрудар, и продолжал свое Дело, не уступая ни общественному мнению, ни нажиму специалистов. При этом он часто вспоминал фразу Маркса или чью-то им упомянутую: «следуй своей дорогой и пусть люди говорят что угодно».

Результативность. Промежуточными результатами Никитин считает здоровье детей, вернее, его крепость, уровень их физического развития и уровень умственного развития. Никитин рано увидел, что у специалистов нет критериев для оценки этих параметров, и стал разрабатывать их сам. Ведь всякому ясно, что если 8-летний Ваня (вес 23кг) несет на себе отца (вес б5 кг), то это физически сильный ребенок, а врачи пишут: физически развит ниже среднего, так как главные их критерии — это вес и рост, а Ваня не акселерат и «не вышел» по современным нормам веса и роста. Никитин разработал свои критерии физического разлития и измеряет: силу, скорость, выосливость, ловкость, которые получили название «индексы справедливости», так как учитывают не абсолютные результаты, а результаты, отнесенные к весу или росту ребенка; но эти критерии пока никем не приняты.

Умственное развитие Никитин определяет с помощью тестов. Он берет за основу утверждение Анзенка: «скорость протекания умственных процессов есть фундаментальный базис интеллектуальных различий между людьми». По тестам Айзенка для взрослых дети Никитина показывали блестящий результат: выходили на уровень среднего взрослого «в девять, восемь и даже в семь лет, а затем и превышали его. Свою модификацию теста Косса для измерения «продуктизности умственной работы» Никитин предложил и нам. Это была проверка внимания, пространственного воображения и т.п., но только не умения решать творческие задачи.

Сейчас мы уже знаем, что творческие задачи — это те, которые содержат в себе противоречие. То, что предлагает Никитин — это те же исполнительские задачи, но требующие для своего решения некоторых сложных навыков. Мы предложили детям Бориса Павловича несложную ТРИЗную задачу. Они не справились с ней так же, как и все неподготовленные люди. Но вот что важно. ТРИЗ тоже предназначена для перевода творческих задач в сложные исполнительские. И любой преподаватель знает — скорость овладения и работы с ТРИЗ у разных людей разная. И для достижения большой скорости система Никитина просто незаменима. Она создает с раннего детства привычку и даже потребность в интенсивной умственной работе» Именно в этой привычке, тренированности корень «интеллектуальных различий», а не в скорости протекания нервных процессов, которая, кстати, у всех людей одинакова.

Конечно, нельзя упрекать Никитина в незнании и неиспользовании ТРИЗ: он сделал свою часть Дела, и сделал ее прекрасно. Его дети обгоняли в школе сверстников на 1, 2, 3 и даже 4 года, быстро схватывали знания, были очень сообразительными, с удовольствием готовили доклады и выступления, охотно выполняли разные поручения. В русле общего направления была у Никитина и цель развить в детях «творческую жилку». На наш вопрос о реализации творческих способностей детей Никитин подробно рассказал об их профессиональной деятельности, наклонностях, увлечениях. Приведем в сокращении:

Антон — после окончания МГУ попал в аспирантуру АН, но не получив свободу творчества ушел на экспериментальный химзавод начальником научно-исследовательского отдела. По совместительству сотрудник ВНИИГПЭ в отделе химии. По мнению отца Антон еще ищет свою дорогу.

Аня — медсестра, три года работала с огоньком, а сейчас она дома с маленькими детьми. Никитины вообще считают, что женщины свои творческие способности могут реализовать и тогда, когда подрастут дети.

Алеша по образованию физик, а в душе электроник. Конструирует всякие бытовые электронные устройства. Работает на автозаводе инженером-электроником, налаживает станки с программным управлением. Специалист очень высокого уровня. Ремонтирует, иногда совершенствуя, японскую электронную технику.

Юля гуманитарий, немножко пишет (начала в 7 лет писать сказки), прекрасная память, невероятная начитанность. Учится на 4 курсе института Культуры на библиотечном факультете. Имеет предложения работать в журнале «Советская женщина» и в газете «Советская Россия», пока не решается их принять.

Ваня — учится на 3 курсе Калининградского механического техникума, попал в свою стихию, так как у него ум не книжный, а острый, наблюдательный. Ремонтирует часы, приборы, машины. По мнению отца мечтает слетать в космос, хотя об этом не говорит.

Люба — учится на 3 курсе библиотечного техникума. Любит читать, хорошо поет, со вкусом моделирует костюмы, маски, грим.

Оля — всегда отлично училась в школе, и в техникуме, и в МГУ (юри дический факультет). Хорошая память, наблюдательность. Работает юрисконсультом на «Химмаше».

«Таким образом,- пишет Никитин,- в какой-то мере цель была достигнута. Хотелось бы большего, но и то, что есть, мне кажется существенным». При этом он считает, что реализация творческих способностей зависит не столько от самого человека, сколько от социальных условий. Так Никитин с некоторым огорчением пишет о старшем сыне Алексее: «Такой ум надо было бы пустить на большую дорогу, но… таких не знают и таких не ищут». Зная ЖСТЛ, нам теперь легко указывать на ошибки, но не забудем, что у Никитина «Стратегия» на полке не лежала.

Итак, у детей Никитина хорошо развита работоспособность, умение держать удар, и даже техника решения задач на уровне форсированного МПиО (метод проб и ошибок) может дать неплохие результаты, но нет у них самого главного – ДЦ (может, она еще появится?), никто не ставил перед ними задачу выбора ДЦ. А дожидаться, что кто-то со стороны или тем более «сверху» предложит «широкую дорогу» — цель и все условия для ее достижения — бессмысленно и обманчиво. Поэтому на сегодня детей Никитина никак нельзя считать ТЛ.

Но обиднее всего было читать следующие строки в письме Никитина: «Кому-то надо поредать Дело, а «школы» пока нет. Своих детей к этому не готовил. Возможно, боялся «перестараться» и достигнуть обратного, но это делалось неосознанно». Итак, дети охотно пользуются «системой Никитина» при воспитании своих детей, а Дело тем временем под угрозой.

Короче, следуя по пути совершенствования человека, Никитин пришел к новому взгляду на воспитание, нащупал элементы этого воспитания, считает, что вышел на верную дорогу в решении проблемы способностей, разделив их на исполнительские и творческие, сдвинулся к оптимальным срокам начала, условиям и стимулам для развития творческих способностей, наметил некоторые направления последующих исследовании. Добился прекрасных результатов на своих детях. Но то, что он сам называет Достойной Целью — донести до молодых родителей свои находки, все так же недоступно. Вспомните печальный подсчет соотношения сил между Борисом Павловичем и специалистами «старой системы» — цель не достигнута на 99,8%, Никитин представляет постепенное внедрение своих методов таким путем: сперва их поймут и оценят «светлые умы» (творчески мыслящие люди прогрессивных взглядов), их совсем немного. «Светлые умы» внедрят эти методы в своих «Клубах молодых родителей», МЖК и в прочих ростках живого опыта. А уж потом, видя их успехи в оздоровлении и в развитии детей, у них будут учиться и другие, которые потом пойдут дальше Никитиных. Недостаток этого плана заключается в том, что «Клубы молодых родителей» нецентрализованны, неуправляемы, а главное — нет в них истинных продолжателей — разработчиков.
Вопрос о дальнейшей судьбе дела Никитина остается открытым…

Личные качества. Мы встречались с Борисом Павловичем Никитиным один раз — были у него на лекции, а затем дома. Кроме того, переписываемся по поводу его биографии. Попробуем передать свое впечатление о нем.

В свои 71 год это крепкий, подвижный, энергичный человек, умеющий не только увлекательно рассказывать, но и прислушиваться к мнению других, а также поспорить для пользы дела. По тому, с какой отцовской нежностью он в письмах рассказывает о своих детях, как внимательно и участливо отвечал на вопросы слушателей, с какой заботой отнесся к нашему сынишке, сразу заметна его искренняя любовь к детям, сострадание и сопереживание их невзгодам, огромное желание помочь. Доброта — вот наверно самое яркое качество Бориса Павловича. И именно оно постоянно толкает Никитина на выступления на бесконечных встречах, на обращения к чиновникам разных инстанций с просьбами и предложениями вместо дальнейших разработок, вместо создания школы. Вот его замечания к первому варианту этой биографии: «Если бы дело касалось какой-нибудь научной истины, то «Стратегия» права, не надо ввязываться в борьбу с ВО. Но Никитин занят практическими проблемами здоровья, физического и умственного развития детей, страдающих ежедневно и ежечасно сейчас, и таких страдающих прибавляется по 5,5 млн. ежегодно. Махнуть на них рукой, «пусть страдают со своими матерями», так сказать детям он не может – это будет жестоко».

Итак, речь зашла о доброте и жестокости. Которое из этих качеств должно руководить творческой личностью? Вспомните биографию Заменгофа: ведь его цель тоже была продиктована исключительным человеколюбием, добротой — создание международного языка для общения, взаимопонимания межгду людьми разных национальностей. Почему же мы считаем, что Заменгофа доброта направила на подлинную ДЦ, а Никитина — на мнимую? Доброта Заменгофа обращена не к конкретным людям, не к тем, кто сейчас и рядом, а ко всему человеческому обществу, к будущему этого общества. С этой точки зрения можно сказать, что к страданиям своих сограждан Заменгоф отнесся жестоко, он их не облегчил, для Никитина «жестокость сейчас» неприемлема, он торопится помочь сегодня, и не хочет или не может понять, что именно этим обрекает на страдания несравненно больше людей завтра. Наверно ТЛ должна учиться быть и «жестокой»…

Литература:
1. Письма Б.П.Никитина Мурашковским, 1985-87 гг.
2. Л. и Б. Никитины, «Мы и наши дети», 2-е изд., М, «Мол. гвардия», 1979.
3. Б.П.Никитин, «Гипотеза возникновения и развития творческих способностей», 1985, не опубликовано.

26.06.87.
И.Мурашковска,
Ю.Мурашковский

Библиография:
Никитин Б.П. Развивающие игры. – М.: Педагогика, 1985.
Никитин Б.П. Ступеньки творчества или развивающие игры. – М.: Просвещение, 1991.
Никитина Л.А. Мама или детский сад. – М.: Просвещение, 1990.
Никитины Л. и Б. Мы и наши дети. – М.: Молодая гвардия, 1979.
Никитины Л. и Б. Мы, наши дети и внуки. – М., 1989.
Никитины Л. и Б. Резервы здоровья наших детей. – М.: Физкультура и спорт, 1990.
Б. П. Никитин, “Детство без болезней” С.- П. 1996.
Л. А. Никитина, “Отчий дом”1982.
Л. А. Никитина, “Я учусь быть мамой” 1983.
Л. А. Никитина, “Исповедь” 1991.

 

Для справки:
Борис Павлович Никитин (21 января 1916—30 января 1999) — один из основоположников методики раннего развития, педагогики сотрудничества.

Официальный сайт семьи Никитиных

Статья «Кем стали дети Никитиных»

comments powered by HyperComments

Продюсер Школы талантливого мышления

Опубликовано в Путь великих Метки: , , , , , , , ,